Применимое Международным уголовным судом право

Международное гуманитарное право

принцип неприменения срока давности к преступлениям, указанным в Статуте МУС;.

Применение Международным уголовным судом норм международного гуманитарного права и международного права прав человека

Страницы в журнале: 144-148

Н.М. Лямин,

аспирант кафедры международного права Юридического института Российского университета дружбы народов Россия, Москва nikator_73@mail.ru

Рассматриваются полномочия и деятельность Международного уголовного суда. Раскрывается сфера возможного применения Международным уголовным судом принципов и норм международного гуманитарного права и международного права прав человека.

Ключевые слова: Международный уголовный суд, Римский статут, трибунал, нормы, международный правовой акт, преступление, юрисдикция, международное гуманитарное право, международное право прав человека.

Создание Международного уголовного суда (далее — Суд, МУС) положило начало принципиально новому этапу развития международного уголовного права. В отличие от международных уголовных трибуналов ad hoc, МУС формировался не под конкретную ситуацию, а «на перспективу», что освобождало его от обвинений в ретроспективном применении права и в избирательном характере деятельности.

Римский статут Международного уголовного суда (далее — Римский статут, Статут) — международный правовой акт, достаточно детально излагающий нормы международного уголовного права, применяемого Судом [8]. Наиболее исчерпывающе в данном документе представлена так называемая особенная часть этой отрасли международного права, т. е. конкретные составы международных преступлений.

Согласно п. 1 ст. 22 Статута «лицо не подлежит уголовной ответственности по настоящему Статуту, если только соответствующее деяние в момент его совершения не образует преступления, подпадающего под юрисдикцию Суда» [8, с. 275]. Статья 5 Римского статута определяет категории (группы) подпадающих под юрисдикцию МУС международных преступлений, а статьи 6—8 и 8-bis Статута очерчивают круг конкретных составов преступлений, подведомственных Суду [8, с. 258—266].

Следует отметить, что Статут не только дает исчерпывающее определение всех составов преступлений, подведомственных Суду, но и не допускает их произвольного толкования. Пункт 2 ст. 22 Статута гласит: «Определение преступления должно быть точно истолковано и не должно применяться по аналогии» [8, с. 275]. Актом аутентичного толкования составов преступлений, подпадающих под юрисдикцию МУС, являются Элементы преступлений — международный документ, принятый Ассамблеей государств-участников Римского статута Международного уголовного суда. Римский статут, Элементы преступлений, а также Правила процедуры и доказывания (регламентирующие процессуальные вопросы осуществления Судом правосудия) являются документами, применяемыми Международным уголовным судом в первую очередь (п. 1 ст. 21 Статута) [8, с. 274]. Однако положения самого Статута указывают на то, что применимое МУС право не исчерпывается вышеуказанными международными документами. В частности, п. 2 ст. 21 Статута говорит о том, что Суд в соответствующих случаях использует «применимые международные договоры, принципы и нормы международного права, включая общепризнанные принципы международного права вооруженных конфликтов» [8, с. 274]. В данной связи представляется немаловажным определить сферу и порядок применения Судом принципов и норм международного права, не отраженных непосредственно в вышеуказанных международных актах.

Предлагается ограничиться рассмотрением международных принципов и норм, относящихся к таким отраслям международного публичного права, как международное гуманитарное право и международное право прав человека. Данные сферы наиболее тесно связаны с международным уголовным правом, возникновение и становление которого в значительной степени явилось реакцией на крупномасштабные преступные нарушения прав человека, а также законов и обычаев войны.

В отношении порядка применения Судом принципов и норм международного гуманитарного права и международного права прав человека очевидным является дополнительный, субсидиарный характер правовых норм, составляющих данные отрасли международного публичного права, по отношению непосредственно к положениям Статута.

Что касается сферы использования принципов и норм международного гуманитарного права и международного права прав человека, целесообразно выделить несколько знаковых направлений, объективно предполагающих подобное применение.

1. Определение контекстного элемента международных преступлений, подпадающих под юрисдикцию МУС. Термин «контекстный элемент» используется в науке международного уголовного права для обозначения связи состава преступления с обстоятельствами, квалифицирующими его в качестве международного преступного деяния. Так, контекстным элементом преступлений против человечности является их связь с широкомасштабным или систематическим нападением на любых гражданских лиц; контекстным элементом военных преступлений выступает связь данных деяний с вооруженным конфликтом. Данный элемент зачастую определяющий как для правильной квалификации преступлений, так и для отграничения одного вида преступлений, подпадающих под юрисдикцию Суда, от другого. Вышеуказанный элемент позволяет не только отграничить международные преступления, подпадающие под юрисдикцию МУС, от преступлений общеуголовных, но и дифференцировать составы преступлений, имеющие весьма сходную (если не тождественную) объективную сторону, однако относящиеся к различным категориям международных преступных деяний (в частности, преступлениям против человечности и военным преступлениям). Особую значимость контекстный элемент приобретает для квалификации военных преступлений, совершающихся лишь в ходе вооруженного конфликта. При этом ст. 8 Римского статута разграничивает составы преступлений, совершенных в ходе вооруженных конфликтов международного и немеждународного характера [8, с. 261—266].

Соответствующая квалификация вооруженного конфликта имеет значение для определения «порога применения» к нему норм международного гуманитарного права, а следовательно, и международного уголовного права (в части, касающейся совершения в ходе данного конфликта военных преступлений).

Так, в отношении вооруженных конфликтов международного характера нормы международного гуманитарного права применяются с начала (юридического или фактического) такого вооруженного конфликта. Статья 2 (общая для четырех Женевских конвенций 1949 года (далее — Женевские конвенции)) называет случаи, при которых положения конвенций будут применяться: объявление войны; другой вооруженный конфликт, возникающий между двумя или несколькими государствами (даже в том случае, если одно из них не признает состояние войны); оккупация всей или части территории государства (даже если эта оккупация не встретит никакого вооруженного сопротивления) [4, с. 453]. Комментируя данный аспект международного гуманитарного права, Г. Верле пишет: «Межгосударственный конфликт происходит в том случае, когда государство использует военную силу непосредственно против пользующейся международно-правовой защитой территории другого государства» [1, с. 493].

Порог применения международного гуманитарного права в контексте вооруженного конфликта немеждународного характера значительно выше. Пункт 1 ст. 1 Дополнительного протокола к Женевским конвенциям, касающегося защиты жертв вооруженных конфликтов немеждународного характера (1977 год, далее — Протокол II), провозглашает, что положения данного протокола применяются ко всем вооруженным конфликтам «происходящим на территории какой-либо Высокой Договаривающейся Стороны между ее вооруженными силами и антиправительственными вооруженными силами или другими организованными вооруженными группами, которые, находясь под ответственным командованием, осуществляют такой контроль над частью ее территории, который позволяет им осуществлять непрерывные и согласованные действия и применять настоящий Протокол» [3, с. 487]. Однако п. 2 ст. 1 Протокола II уточняет, что положения международного правового акта не применяются «к случаям нарушения внутреннего порядка и возникновения обстановки внутренней напряженности, таким, как беспорядки, отдельные и спорадические акты насилия и иные акты аналогичного характера, поскольку таковые не являются вооруженными конфликтами» [3, с. 487—488].

Формулировка п. «f» ст. 8 Римского статута во многом повторяет формулировку ст. 1 Протокола II применительно к военным преступлениям, совершаемым в ходе вооруженного конфликта немеждународного характера и подпадающим под юрисдикцию МУС, несколько расширяя ее. Данная норма международного уголовного права не требует, в частности, обязательного контроля неправительственных вооруженных групп над частью территории государства, в котором происходит внутренний вооруженный конфликт, и наличия у неправительственных вооруженных формирований «ответственного командования». Критериями, отличающими вооруженные конфликты немеждународного характера от обычных беспорядочных актов насилия, Римский статут называет организованность вооруженных групп и длительность вооруженного конфликта [8, с. 266].

В то же время критерии, обозначенные в Статуте, объективно содержат (с возможными незначительными поправками) и признаки вооруженных конфликтов немеждународного характера, зафиксированные в договорных нормах международного гуманитарного права. Так, длительность конфликта и наличие организованных вооруженных неправительственных формирований немыслимы без контроля данных формирований над определенными участками территории (пусть и находящимися в ненаселенной и труднодоступной местности) для размещения военных баз, складов вооружения, органов военного управления и т. п. Наличие ответственного командования также следует считать признаком вооруженного конфликта немеждународного характера, отграничивающим указанный конфликт от «беспорядков, отдельных и спорадических актов насилия и иных актов аналогичного характера». Фактическая автономия полевых командиров данных формирований не противоречит указанному признаку, так как не отменяет организационного единства соответствующих неправительственных вооруженных формирований, а лишь децентрализует его.

Таким образом, можно констатировать, что принципы и нормы международного гуманитарного права являются вспомогательным механизмом для определения контекстного элемента военных преступлений, способным оказать помощь Суду в их правильной и обоснованной квалификации.

2. Определение и уточнение содержания понятий, относящихся к объективной стороне совершенных (совершаемых) международных преступлений, подпадающих под юрисдикцию МУС (например, понятий комбатанта, оккупации, отличительных эмблем, установленных Женевскими конвенциями, запрещенных средств и методов ведения войны). Ряд составов военных преступлений, закрепленных ст. 8 Статута, оперирует вышеуказанными понятиями, не раскрывая их содержания, что делает обращение к нормам международного гуманитарного права (определяющим данное содержание) неизбежным и закономерным.

3. Решение вопросов, связанных с передачей лиц, совершивших преступления, подпадающие под юрисдикцию МУС, государствами, не являющимися участниками Римского статута, в руки Суда для осуществления над ними правосудия. Следует упомянуть такие международные правовые акты, как Конвенция о предупреждении преступления геноцида и наказании за него 1948 года, Конвенция о неприменимости срока давности к военным преступлениям и преступлениям против человечности 1968 года, Международная конвенция о пресечении преступления апартеида и наказании 1973 года.

Несмотря на то что нормы материального международного уголовного права, содержащиеся в данных конвенциях, кодифицированы положениями Римского статута, они сохраняют свое значение при осуществлении международного сотрудничества МУС с государствами, не являющимися членами Статута, особенно по вопросам передачи международному правосудию лиц, обвиняемых в преступлениях, борьбе с которыми посвящены вышеупомянутые международные правовые акты. Указанные нормы фактически обязывают государства либо осуществить правосудие в отношении данных преступлений самостоятельно (что вполне укладывается в модель комплиментарности международного уголовного правосудия, закрепленную в Статуте МУС), либо передать для осуществления правосудия лицо, обвиняемое в соответствующих преступлениях (руководствуясь принципом aut dedere aut judicare), заинтересованной стороне (в частности, МУС).

Договорные нормы, зафиксированные в вышеупомянутых конвенциях, давно превратились в общепринятые нормы международного права, нормы erga omnes. В.А. Карташкин, комментируя данную правовую реальность (в отношении Конвенции о предупреждении преступления геноцида и наказании за него), пишет: «независимо от того, является ли то или иное государство участником Конвенции и запрещают ли его законы совершение геноцида, лица, виновные в данном международном преступлении, подлежат привлечению к суду и наказанию» [5, с. 206]. Соответственно, нормы, закрепленные в указанных международных правовых актах, становятся действенным механизмом привлечения к сотрудничеству с МУС государств, не являющихся участниками Римского статута.

4. Определение тяжести совершенных преступлений, а также отягчающих и смягчающих вину обстоятельств, прежде всего при назначении Судом конкретного наказания лицам, признанным виновными в преступлениях, подпадающих под юрисдикцию МУС. Пункт 1 ст. 78 Римского статута выделяет критерии назначения Судом наказания лицу, признанному виновным в совершении преступлений, подпадающих под юрисдикцию МУС: «При определении меры наказания Суд в соответствии с Правилами процедуры и доказывания принимает во внимание такие факторы, как тяжесть преступления и личность осужденного» [8, с. 320]. Критерии несколько детализируются правилом 145 Правил процедуры и доказывания. Однако указанное правило не претендует на исчерпывающий перечень обстоятельств, определяющих тяжесть того или иного преступления. В п. «b» ч. 1 данного правила, перечисляющем отягчающие обстоятельства преступных деяний, подпадающих под юрисдикцию МУС, подпункт «VII» включает в них также «другие обстоятельства, которые, хотя они и не перечислены выше, по своему характеру аналогичны упомянутым» [6, с. 423].

Для правового определения «других обстоятельств» представляется допустимым применение принципов и норм международного гуманитарного права и международного права прав человека. Это наиболее актуально при рассмотрении насильственных преступлений, подпадающих под юрисдикцию МУС, совершаемых в отношении определенных уязвимых категорий лиц, пользующихся наибольшей защитой по международному и национальному праву: несовершеннолетних, инвалидов и др. Особая защита прав отдельных уязвимых категорий лиц apriori предполагает и большую степень ответственности за преступное нарушения прав данных категорий. На отягчающий характер преступных деяний, совершенных в отношении представителей уязвимых групп, указывала, в частности Межамериканская комиссия по правам человека (далее — Комиссия). Так, при рассмотрении дела 12.579, Valentina Rosendo Cantu and other sv. Mexico Комиссия установила, что в случаях изнасилования женщин из числа коренного населения насилие усугубляется ввиду их уязвимости в таком качестве [7, с. 303]. Применение в данной связи, рассматриваемых принципов и норм может предоставить Суду необходимые правовые механизмы для законности и обоснованности приговора и наказания.

Так, Декларация о защите женщин и детей в чрезвычайных обстоятельствах и во время вооруженных конфликтов 1974 года провозглашает «необходимость предоставить особую защиту женщинам и детям, относящимся к гражданскому населению» [2, с. 240]. Следует также упомянуть Конвенцию о правах ребенка 1989 года, Декларацию о правах инвалидов 1975 года, Декларацию о правах умственно отсталых лиц 1971 года.

5. Решение вопросов, связанных с исполнением наказания, а также с мерами пресечения в отношении лиц, обвиняемых в совершении преступлений, подпадающих под юрисдикцию Суда. Применение МУС рассматриваемых принципов и норм представляется необходимым в сфере реализации надзора Суда за осуществлением приговора и условиями лишения свободы. Пункт 1 ст. 106 Статута провозглашает: «Исполнение наказания в виде лишения свободы осуществляется под надзором Суда и должно соответствовать широко признанным международным договорным стандартам обращения с заключенными» [8, с. 342]. В данной связи следует выделить Международный пакт о гражданских и политических правах 1966 года, Конвенцию против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания 1984 года и Конвенцию о защите прав человека и основных свобод 1950 года.

В заключение следует констатировать, что применение МУС принципов и норм международного гуманитарного права и международного права прав человека объективно носит субсидиарный характер. Не внося коррективы и дополнения в конкретные составы преступлений, подпадающих под юрисдикцию МУС, указанные международные правовые принципы и нормы могут помочь Суду в следовании общепринятому пониманию используемой в положениях Статута специальной терминологии, в юридически верной оценке контекстуальных обстоятельств (контекстного элемента) и в определении степени тяжести тех или иных преступных деяний.

1. Верле Г. Принципы международного уголовного права: учеб. / пер. с англ. С.В. Саяпина. О.: Фенiкс; М.: ТрансЛит, 2011.

2. Декларация о защите женщин и детей в чрезвычайных обстоятельствах и во время вооруженных конфликтов от 14.12.1974 // Международные акты о правах человека. Сборник документов. М.: НОРМА (НОРМА—ИНФРА-М), 2000. С. 239—240.

3. Дополнительный протокол к Женевским конвенциям от 12.08.1949, касающийся жертв вооруженных конфликтов немеждународного характера (Протокол II) от 08.06.1977 // Международные акты о правах человека. Сборник документов. М.: НОРМА (НОРМА—ИНФРА-М), 2000. С. 487—493.

4. Женевская конвенция о защите гражданского населения во время войны от 12.08.1949 // Международные акты о правах человека. Сборник документов. М.: НОРМА (НОРМА—ИНФРА-М), 2000. С. 453—467.

5. Карташкин В.А. Права человека: международная защита в условиях глобализации. М.: Норма, 2009.

6. Правила процедуры и доказывания // Международное уголовное право в документах: учеб. пособие: в 2 т. Т. 2 / сост. Р.М. Валеев, И.А. Тарханов, А.Р. Каюмова. 2-е изд., перераб. и доп. М., Статут, 2010. С. 353—454.

7. Региональные системы защиты прав человека: учеб. пособие / отв. ред. А.Х. Абашидзе. М.: РУДН, 2012.

8. Римский статут Международного уголовного суда от 17.07.1998 // Международное уголовное право в документах: учеб. пособие: в 2 т. Т. 2 / сост. Р.М. Валеев, И.А. Тарханов, А.Р. Каюмова. 2 изд-е, перераб. и доп. М ., Статут , 2010. С . 256—352.

Римский статут Международного уголовного суда далее Римский статут, Статут международный правовой акт, достаточно детально излагающий нормы международного уголовного права, применяемого Судом 8.

Основания и пределы юрисдикции Международного уголовного суда.

Практика трибуналов ad hoc стала основой для создания в 1998г. Международного уголовного суда в качестве постоянного органа, который должен юрисдикцией в отношении лиц, ответственных за самые серьезные преступления, вызывающие озабоченность международного сообщества. Устав Международного уголовного суда вступил в силу в 2002г.

Международный уголовный суд дополняет национальные системы уголовного правосудия. Свои функции Суд может осуществлять на территории любого государства-участника Устава, а на основе специального соглашения и на территории любого другого государства. Суд является самостоятельным меж- народным органом, который имеет международную правосубъектность.

Юрисдикция Суда ограничена преступлениями, которые перечислены в его Статути. К таким преступлениям отнесены: геноцид, преступления против человечности, военные преступления и агрессия.

Устав устанавливает уголовную ответственность командиров и других начальников за преступные действия лиц, находящихся под их контролем. Иммунитет должностных лиц, принадлежит им по внутреннему или международному праву, не может быть препятствием для их привлечения к уголовной ответственности.

В 1918 г. Состоявшаяся в Риме Дипломатическая конференция под эгидой ООН приняла Римский устав Международного уголовного суда. В работе Конференции участвовали делегация 160 стран. По принятие Устава проголосовали 120 государств, включая Россию. Двадцать одно государство воздержалось, и семь проголосовали против. Наиболее активно за ограничение полномочий Суда выступали США.

Суд был учрежден как постоянный орган, обладающий юрисдикцией в отношении лиц, ответственных за самые серьезные преступления, вызывающие озабоченность международного сообщества. При этом речь идет только о тех преступлениях, Которые перечислены в Статуте. Международный уголовный суд не подменяет уголовные суды государств. Его юрисдикции является восполняющей.

Свои функции Суд может осуществлять на территории любого государства-участника Статута, а на основе специального соглашения и на территории любого иного государства. Суд является самостоятельным международным органом. Он обладает международной правосубъектностью. Отношения Суда с ООН будут регулироваться его соглашением с этой организацией. Местом пребывания является Гаага.

Устав представляет весьма объемный (126 статей) и довольно сложный документ. Объясняется это рядом причин. Он содержит положения, относящиеся к материально и процессуальному уголовному праву, судоустройству, сотрудничеству государств, обеспечивающих деятельность Суда.

Юрисдикции Суда ограничена Наиболее серьезными преступлениями, затрагивающими интересы международного сообщества в целом. К таким преступлениям отнесены: геноцид, преступления против человечности, военные преступления и агрессия. Государства пошли по пути предельного ограничения круга преступлений, относящихся к юрисдикции Суда.

К юрисдикции Суда отнесены и военные преступления, совершаемые в ходе ВООРУЖЕННЫХ конфликтов немеждународного характера. При этом подчеркивается, что это положение НЕ затрагивает ответственность правительства за поддержание или восстановление права и порядка в государстве или за защиту единства и целостности государства всеми законным средствами (ч. 3 ст. 8).

Устав не содержит определения преступления агрессии. Государства оказались не в состоянии согласовать такое определение.

Становясь участником Статута, государство тем Самым признает его юрисдикцию (ст. 12).

Международный уголовный суд осуществляет свою юрисдикцию, если:

а) ситуация, при которой были совершены одно или несколько преступлений, передается прокурору государством-участником;

б) прокурор начал расследование по собственной инициативе.

Осуществление юрисдикции в таких случаях возможно при условии, что речь идет о государствах, Которые являются участниками Статута или признали его юрисдикцию и относятся к одной из следующих категорий:

а) государство, на территории которого Соответствующие действия имели место;

б) государство, гражданином которого является обвиняемое лицо.

Применимое право (ст. 21). Суд применяет: во-первых, свой Устав, Элементы преступлений, Правила процедуры и доказывания (последние два документа подлежат подготовке к принятию) во-вторых, где это уместно, применимы договоры, а также принципы и нормы международного права.

Если ни первая, ни вторая категории применимого права не дают достаточных оснований для решения дела, то могут применяться общие принципы права, выводимые Судом из национальных правовых систем мира, включая законы государств, к юрисдикции которых при обычных обстоятельствах относилось бы данное преступление.

Организация Суда.В состав Суда входят следующие органы: Президиум, апелляционной отделение, Судебное отделение, Отделение предварительного производства, Канцелярия Прокурора и Секретариат. Всего в Суде 18 судей. С момента своего обрання они Должны быть готовы приступит к исполнению своих обязанностей, если в том появится необходимость. В отличие от этого судьи, образующие Президиум, с самого начала постоянно исполняют свои обязанности.

Расследование и уголовное преследование. Решение о начале расследования принимается Прокурором. Палата предварительного производства по заявлению государства или в соответствующих случаях Совета Безопасности ООН может пересмотреть решение Прокурора в начале расследования или об отказе начать расследование. В Статуте Изложены Общепринятые стандарты в отношении прав человека в ходе расследования.

После начала расследования Палата предварительного производства по запросу Прокурора выдает ордер на арест, предварительно Убедившись, что для этого имеются достаточный основания. Получив просьбу о предварительного аресте или о аресте и передаче лица Суда, государство – участник Статута обязан немедленно принять меры к выполнению просьбы в согласовании со своими законами.

Судебное разбирательство. Суд заседает в Гааге, но может решить провести процесс и в ином месте. Процесс ведется в присутствии обвиняемого и является открытым.

Презумпция невиновности сформулирован следующим образом: каждый считается невиновным, пока его вина Не будет доказана в Суде в согласовании с применимым правом. Бремя доказывания вины лежит на Прокурор (ст. 66). Суд должен определить принципы, относящиеся к возмещению ущерба потерпевшим.

Суд может назначить одно из следующих наказаний:

а) лишение свободы до 30 лет или

б) пожизненное заключение в случае особо тяжких преступлений и с учетом личности осужденного.

Дополнительно может быть принято решение о наложение штрафа.

Решение Судебной палаты о оправдания или суждении может быть обжаловано в Апелляционной палате Прокурором по следующим основаниям: процессуальная ошибка, ошибка в факте, ошибка в праве.

Устав подробно регламентирует передачу лиц Суда. При этом проводится различие между передачей и выдачей (ст. 102). Под передачей понимается доставка лица государством в Суд, под выдачей – доставка лица одним государством втором в соответствии с договором или внутренним законодательством.

Исполнение. Наказание в виде лишение свободы отбывается в государстве, определенном судом из списка стран, выразивших готовность Принимать осужденных. Суд осуществляет контроль за тем, чтоб содержание осужденных отвечал международным договорным стандартам.

Только Суд вправе сократить срок наказания. По отбытиы лицом двух третей определенного приговором срока или 25 лет в случае пожизненно заключения Суд Рассматривает вопрос о сокращении срока наказания (ч. 3 ст. 110).

Деятельность Суда призвана способствовать повышению уровня функционирования и уголовное юстиции государств, достижению ею более высоких стандартов правосудия, обеспечению “должного процесса”, соблюдению прав всех участников процесса.

Последнее изменение этой страницы: 2016-07-14; Нарушение авторского права страницы

При этом проводится различие между передачей и выдачей ст.

Общие сведения о трибунале

Коротко о Международном уголовном суде

Международный уголовный суд (МУС) — первый постоянно действующий международный судебный орган, в компетенцию которого входит преследование лиц, ответственных за основные международные преступления: геноцид, военные преступления и преступления против человечности, а также, с 2010 г., за преступления агрессии. Учреждён на основе международного договора – Римского статута Международного уголовного суда, принятого в 1998 году. Действует с момента вступления Римского статута в силу, то есть с июля 2002 года.

Международный уголовный суд создан, чтобы помочь положить конец безнаказанности лиц, совершающих наиболее серьезные преступления, вызывающие озабоченность международного сообщества.

Как явствует из самого названия, МУС является уголовным судом. Это означает, что его юрисдикция распространяется исключительно на физических лиц. Установление ответственности организаций и государств в его компетенцию не входит. В отличие от других международных и смешанных уголовных судов и трибуналов, МУС является постоянно действующим и неретроактивным судебным органомего личная и территориальная юрисдикция не связана с конкретным вооруженным конфликтом или каким-либо событием, и в его компетенцию входят только преступления, совершённые после вступления Римского статута в силу.

Главными юридическими документами, определяющими полномочия МУС и порядок его работы, являются: его Устав (Римский статут), Элементы преступлений, Правила процедуры и доказывания и Регламент суда. Важное значение для деятельности суда имеют также Регламент Секретариата, Соглашение о привилегиях и иммунитетах, Финансовые правила и некоторые другие документы.

МУС состоит из Президиума, Судебного органа (включающего Апелляционное отделение, Судебное отделение и Отделение предварительного производства), Канцелярии Прокурора и Секретариата.

Резиденция МУС расположена в Гааге (Нидерланды), однако по воле Суда его заседания могут проходить в любом другом месте. МУС не входит в официальные структуры Организации Объединённых Наций, хотя может возбуждать дела по представлению Совета Безопасности ООН.

МУС не входит в официальные структуры Организации Объединённых Наций, хотя может возбуждать дела по представлению Совета Безопасности ООН.

Юрисдикция международных уголовных трибуналов. Международный уголовный суд.

Официальным началом кодификации международного уголовного права стало принятие в 1945 г. Устава Международного военного трибунала и вынесение приговоров в 1946 г. в Нюрнберге главным военным преступникам[13].

Читайте также:  Что делать, если муж выгоняет из квартиры?

Беспрецедентные массовые преступления, свершенные во время Второй мировой войны, вызвали столь сильную реакцию у широких слоев населения, что создание международных уголовных судов для наказания виновных стало неизбежным. В 1945 г. СССР, США, Великобритания и Франция заключили Соглашение, к которому был приложен Устав Международного военного трибунала для суда над главными военными преступниками европейских стран оси (Германии и ее союзников)[14].

Международный военный трибунал для Дальнего Востока учрежден Соглашением 1946 г. с участием СССР, США, Великобритании, Китая, Франции, Австралии, Канады, Новой Зеландии, Нидерландов, Индии и Филиппин. Из представителей этих стран и был сформирован трибунал.

Согласно Уставу Суда должностное положение подсудимых в качестве глав государств или ответственных чиновников не могло служить основанием для освобождения от ответственности, не давало им иммунитета. Совершение преступления по приказу начальника не освобождало их от ответственности, не могло служить смягчающим вину обстоятельством. Предусматривалась возможность заочного рассмотрения дел. Обвиняемым предоставлялись все права на защиту. Особо отметим положение о возможности признания трибуналом группы или организации преступной организацией. На этом основании власти каждого из участников вправе привлекать к национальному суду за принадлежность к такой организации.

Нюрнбергским трибуналом 12 подсудимых были приговорены к смертной казни, семь – к тюремному заключению, трое оправданы.

Генеральная Ассамблея ООН в декабре 1946 г. в специальной резолюции подтвердила нормы международного уголовного права Устава, реализованные в приговорах трибунала как общепризнанные[15].

Прошло полвека после учреждения послевоенных трибуналов, прежде чем государства решили вновь создать уголовные трибуналы и снова ограничили их юрисдикцию во времени и пространстве. Решениями Совета Безопасности 1993 и 1994 гг. учреждены два международных уголовных суда. Первый – Международный трибунал для преследования лиц, виновных в серьезных нарушениях международного гуманитарного права, совершенных на территории бывшей Югославии, начиная с 1991 г[16]., второй – Международный уголовный трибунал для преследования лиц, виновных в геноциде и иных серьезных нарушениях международного гуманитарного права, совершенных на территории Руанды, и руандийских граждан, виновных в геноциде и иных подобных преступлениях, совершенных на территории соседних государств в период между 1 января 1994 г. и 31 декабря 1994 г[17]. Следовательно, четко обозначена юрисдикция личная, территориальная, временная.

Устав трибунала для Югославии установил юрисдикцию в отношении “серьезных нарушений международного гуманитарного права”. К ним отнесены нарушения общепризнанных норм о защите жертв войны, как они отражены в Женевских конвенциях 1949 г. (право Женевы), а также правил ведения войны, как они отражены в Гаагских конвенциях 1907 г. и приложениях к ним (право Гааги), а также геноцид и преступления против человечности.

Поскольку трибунал для Руанды предназначен для суда над преступлениями, совершенными в конфликте немеждународного характера, то применимое международное гуманитарное право имеет несколько иной объем. В Уставе речь идет о преступлениях против человечности, а также о нормах, относящихся к конфликтам немеждународного характера, как они воплощены в Женевских конвенциях 1949 г. (ст. 3) и во втором Дополнительном протоколе к ним 1977 г. На первое же место поставлен геноцид.

Подтверждено, что официальное положение обвиняемого, будь то глава государства или правительства, не освобождает его от уголовной ответственности. Более того, они несут ответственность и за то, что не предотвратили совершение преступлений своими подчиненными. Это новое положение международного уголовного права.

Учреждение международных трибуналов, отмечалось в уставах, не должно препятствовать деятельности национальных судов в отношении соответствующих преступлений. Трибуналы не в состоянии справиться со всей массой преступников. Поэтому деятельность национальных судов в этой области должна поощряться. Однако в случае возбуждения преследований по одному и тому же делу приоритет принадлежит международному трибуналу.

Трибунал состоит из камер – две судебные и одна апелляционная; из прокурора и секретаря. Каждая судебная камера состоит из трех судей, а апелляционная – из пяти (всего 11). В целях экономии средств апелляционная камера трибунала для Югославии служит такой же камерой трибунала для Руанды.

Кандидаты в судьи предлагаются государствами и по представлению Совета Безопасности избираются Генеральной Ассамблеей сроком на пять лет; они могут быть переизбраны на новый срок.

Прокурор действует независимо, как самостоятельный орган трибунала. По представлению Генерального секретаря ООН он назначается Советом Безопасности на четыре года. Прокурор вправе начинать расследование по собственной инициативе или на основании информации, полученной от правительств, органов ООН, межправительственных и даже неправительственных организаций. Обвинительное заключение утверждается судебной камерой. После этого издается ордер на арест или приказ о заключении под стражу. Обвиняемому обеспечиваются права в соответствии с Международным пактом о гражданских и политических правах. Трибунал предпринимает меры для защиты пострадавших и свидетелей. Единственной мерой наказания является тюремное заключение. Может быть также принято решение о конфискации имущества и возвращении законным владельцам собственности, добытой преступным путем. Тюремное заключение отбывается в государстве, определяемом трибуналом на основе списка государств, давших на это согласие.

Функционирование международных трибуналов невозможно без активного содействия государств. Уставы трибуналов обязывают государства оказывать помощь, включая розыск и опознание, передачу обвиняемого трибуналу. Все это требует внесения соответствующих положений в уголовное и уголовно-процессуальное право государств.

Международный уголовный суд (МУС) – необходимый институт международного уголовного права, а также современного международного права в целом.

В 1998 г. в Риме дипломатическая конференция полномочных представителей под эгидой ООН приняла Римский статут Международного уголовного суда. Суд был учрежден как постоянный орган, обладающий юрисдикцией в отношении лиц, ответственных за самые серьезные преступления, вызывающие озабоченность международного сообщества. При этом речь идет только о тех преступлениях, которые перечислены в Статуте. В юрисдикцию Суда были включены наиболее тяжкие преступления, посягающие на интересы международного сообщества в целом: агрессия, геноцид, преступления против человечества, военные преступления. Перечень этих преступлений исчерпывающий.

Кроме указанных преступлений по общему международному праву к юрисдикции Суда отнесены деяния, предусмотренные международными договорами. Наказание за эти преступления предусмотрено только в виде тюремного заключения до 30 лет, смертная казнь и пожизненное лишение свободы не допускаются. Кроме того, у Суда нет юрисдикции в отношении лиц, не достигших 18 лет. Иммунитет должностных лиц по национальному либо международному праву не препятствует привлечению виновных в перечисленных преступлениях лиц к уголовной ответственности. Статут применяется равно ко всем лицам, независимо от их служебного положения, включая статус главы государства или правительства, члена парламента и т.п.

Свои функции МУС может осуществлять на территории любого государства-участника Статута, а на основе специального соглашения и на территории любого иного государства. Становясь участником Статута, государство тем самым признает его юрисдикцию (ст. 12).

МУС не подменяет уголовные суды государств, его юрисдикция является лишь дополнением к национальной юрисдикции и выступает как самостоятельная только в том случае, когда национальные системы правосудия не работают. В соответствии с принципом “дополнительности” МУС будет действовать лишь в тех случаях, когда национальные правоохранительные структуры не могут или не хотят бороться с подсудными им преступлениями против мира и безопасности человечества[18].

Кроме того, полномочия МУС ограничены во времени и пространстве. Во-первых, МУС уполномочен рассматривать только те преступления, которые совершены после 1 июля 2002 г. Все преступления, совершенные до момента вступления в силу Римского статута, выпадают из сферы юрисдикции этого Суда (ст. 11, 12 Римского статута). В то же время в отношении преступлений, подпадающих под юрисдикцию МУС, не устанавливается никакого срока давности (ст. 29 Римского статута). Это соответствует духу Конвенции о неприменимости срока давности к военным преступлениям и преступлениям против человечества, которая была принята Генеральной Ассамблеей ООН в 1968 году. Во-вторых, к суду будут привлекаться только те преступники, которые являются гражданами государств, ратифицировавших Римский статут, или же те, кто совершил преступление на территории этих государств. В-третьих, МУС имеет юрисдикцию в отношении преступлений, “вызывающих озабоченность всего международного сообщества”, которые указаны в ст. 5 Римского статута, а именно: преступление геноцида, преступления против человечности, военные преступления и преступления агрессии.

Суд признает дело не подлежащим его юрисдикции в следующих случаях:

а) дело было расследовано или возбуждено уголовное преследование государством, которое обладает в отношении него юрисдикцией. Исключение составляют случаи, когда государство не желает или не способно осуществить расследование или уголовное преследование должным образом;

б) дело было расследовано государством, и оно решило не преследовать соответствующее лицо. Исключение составляет случай, когда такое решение является результатом нежелания или неспособности государства возбудить уголовное преследование должным образом;

в) лицо было уже судимо за соответствующие действия, и повторное рассмотрение его дела недопустимо в силу принципа “нельзя судить дважды за одно и то же”;

г) преступление недостаточно тяжко, чтобы быть предметом рассмотрения в Суде (ст. 17).

Применимое право (ст. 21). Суд применяет: во-первых, свой Статут, Элементы преступлений, Правила процедуры и доказывания; во-вторых, где это уместно, применимые договоры, а также принципы и нормы международного права.

Если ни первая, ни вторая категории применимого права не дают достаточных оснований для решения дела, то могут применяться общие принципы права, выводимые Судом из национальных правовых систем мира, включая законы государств, к юрисдикции которых при обычных обстоятельствах относилось бы данное преступление. При этом упомянутые общие принципы права не должны быть несовместимы со Статутом Суда и с международным правом, а также с международно признанными нормами и стандартами. Как видим, четко установлен приоритет международных норм и стандартов. Суд может применять принципы и нормы права, как они истолкованы в его ранее принятых решениях. Это значит, что Суд будет создавать свое прецедентное право.

К настоящему времени известны два вида международных судов: Нюрнбергский и Токийский Международные военные трибуналы, осудившие и наказавшие главных военных преступников Второй мировой войны, и Международные трибуналы ad hoc (лат. – только для особого случая), т.е. сформированные Советом Безопасности ООН в 1993 и 1994 гг. в Гааге по военным преступлениям и геноциду на территории бывшей Югославии и Руанды. В 2002 г. появился новый орган международной уголовной юстиции – Специальный суд по Сьерра-Леоне со своим Уставом[19].

г преступление недостаточно тяжко, чтобы быть предметом рассмотрения в Суде ст.

Юрисдикция международных уголовных трибуналов. Международный уголовный суд.

Официальным началом кодификации международного уголовного права стало принятие в 1945 г. Устава Международного военного трибунала и вынесение приговоров в 1946 г. в Нюрнберге главным военным преступникам[13].

Беспрецедентные массовые преступления, свершенные во время Второй мировой войны, вызвали столь сильную реакцию у широких слоев населения, что создание международных уголовных судов для наказания виновных стало неизбежным. В 1945 г. СССР, США, Великобритания и Франция заключили Соглашение, к которому был приложен Устав Международного военного трибунала для суда над главными военными преступниками европейских стран оси (Германии и ее союзников)[14].

Международный военный трибунал для Дальнего Востока учрежден Соглашением 1946 г. с участием СССР, США, Великобритании, Китая, Франции, Австралии, Канады, Новой Зеландии, Нидерландов, Индии и Филиппин. Из представителей этих стран и был сформирован трибунал.

Согласно Уставу Суда должностное положение подсудимых в качестве глав государств или ответственных чиновников не могло служить основанием для освобождения от ответственности, не давало им иммунитета. Совершение преступления по приказу начальника не освобождало их от ответственности, не могло служить смягчающим вину обстоятельством. Предусматривалась возможность заочного рассмотрения дел. Обвиняемым предоставлялись все права на защиту. Особо отметим положение о возможности признания трибуналом группы или организации преступной организацией. На этом основании власти каждого из участников вправе привлекать к национальному суду за принадлежность к такой организации.

Нюрнбергским трибуналом 12 подсудимых были приговорены к смертной казни, семь – к тюремному заключению, трое оправданы.

Генеральная Ассамблея ООН в декабре 1946 г. в специальной резолюции подтвердила нормы международного уголовного права Устава, реализованные в приговорах трибунала как общепризнанные[15].

Прошло полвека после учреждения послевоенных трибуналов, прежде чем государства решили вновь создать уголовные трибуналы и снова ограничили их юрисдикцию во времени и пространстве. Решениями Совета Безопасности 1993 и 1994 гг. учреждены два международных уголовных суда. Первый – Международный трибунал для преследования лиц, виновных в серьезных нарушениях международного гуманитарного права, совершенных на территории бывшей Югославии, начиная с 1991 г[16]., второй – Международный уголовный трибунал для преследования лиц, виновных в геноциде и иных серьезных нарушениях международного гуманитарного права, совершенных на территории Руанды, и руандийских граждан, виновных в геноциде и иных подобных преступлениях, совершенных на территории соседних государств в период между 1 января 1994 г. и 31 декабря 1994 г[17]. Следовательно, четко обозначена юрисдикция личная, территориальная, временная.

Устав трибунала для Югославии установил юрисдикцию в отношении “серьезных нарушений международного гуманитарного права”. К ним отнесены нарушения общепризнанных норм о защите жертв войны, как они отражены в Женевских конвенциях 1949 г. (право Женевы), а также правил ведения войны, как они отражены в Гаагских конвенциях 1907 г. и приложениях к ним (право Гааги), а также геноцид и преступления против человечности.

Поскольку трибунал для Руанды предназначен для суда над преступлениями, совершенными в конфликте немеждународного характера, то применимое международное гуманитарное право имеет несколько иной объем. В Уставе речь идет о преступлениях против человечности, а также о нормах, относящихся к конфликтам немеждународного характера, как они воплощены в Женевских конвенциях 1949 г. (ст. 3) и во втором Дополнительном протоколе к ним 1977 г. На первое же место поставлен геноцид.

Подтверждено, что официальное положение обвиняемого, будь то глава государства или правительства, не освобождает его от уголовной ответственности. Более того, они несут ответственность и за то, что не предотвратили совершение преступлений своими подчиненными. Это новое положение международного уголовного права.

Учреждение международных трибуналов, отмечалось в уставах, не должно препятствовать деятельности национальных судов в отношении соответствующих преступлений. Трибуналы не в состоянии справиться со всей массой преступников. Поэтому деятельность национальных судов в этой области должна поощряться. Однако в случае возбуждения преследований по одному и тому же делу приоритет принадлежит международному трибуналу.

Трибунал состоит из камер – две судебные и одна апелляционная; из прокурора и секретаря. Каждая судебная камера состоит из трех судей, а апелляционная – из пяти (всего 11). В целях экономии средств апелляционная камера трибунала для Югославии служит такой же камерой трибунала для Руанды.

Кандидаты в судьи предлагаются государствами и по представлению Совета Безопасности избираются Генеральной Ассамблеей сроком на пять лет; они могут быть переизбраны на новый срок.

Прокурор действует независимо, как самостоятельный орган трибунала. По представлению Генерального секретаря ООН он назначается Советом Безопасности на четыре года. Прокурор вправе начинать расследование по собственной инициативе или на основании информации, полученной от правительств, органов ООН, межправительственных и даже неправительственных организаций. Обвинительное заключение утверждается судебной камерой. После этого издается ордер на арест или приказ о заключении под стражу. Обвиняемому обеспечиваются права в соответствии с Международным пактом о гражданских и политических правах. Трибунал предпринимает меры для защиты пострадавших и свидетелей. Единственной мерой наказания является тюремное заключение. Может быть также принято решение о конфискации имущества и возвращении законным владельцам собственности, добытой преступным путем. Тюремное заключение отбывается в государстве, определяемом трибуналом на основе списка государств, давших на это согласие.

Функционирование международных трибуналов невозможно без активного содействия государств. Уставы трибуналов обязывают государства оказывать помощь, включая розыск и опознание, передачу обвиняемого трибуналу. Все это требует внесения соответствующих положений в уголовное и уголовно-процессуальное право государств.

Международный уголовный суд (МУС) – необходимый институт международного уголовного права, а также современного международного права в целом.

В 1998 г. в Риме дипломатическая конференция полномочных представителей под эгидой ООН приняла Римский статут Международного уголовного суда. Суд был учрежден как постоянный орган, обладающий юрисдикцией в отношении лиц, ответственных за самые серьезные преступления, вызывающие озабоченность международного сообщества. При этом речь идет только о тех преступлениях, которые перечислены в Статуте. В юрисдикцию Суда были включены наиболее тяжкие преступления, посягающие на интересы международного сообщества в целом: агрессия, геноцид, преступления против человечества, военные преступления. Перечень этих преступлений исчерпывающий.

Кроме указанных преступлений по общему международному праву к юрисдикции Суда отнесены деяния, предусмотренные международными договорами. Наказание за эти преступления предусмотрено только в виде тюремного заключения до 30 лет, смертная казнь и пожизненное лишение свободы не допускаются. Кроме того, у Суда нет юрисдикции в отношении лиц, не достигших 18 лет. Иммунитет должностных лиц по национальному либо международному праву не препятствует привлечению виновных в перечисленных преступлениях лиц к уголовной ответственности. Статут применяется равно ко всем лицам, независимо от их служебного положения, включая статус главы государства или правительства, члена парламента и т.п.

Свои функции МУС может осуществлять на территории любого государства-участника Статута, а на основе специального соглашения и на территории любого иного государства. Становясь участником Статута, государство тем самым признает его юрисдикцию (ст. 12).

МУС не подменяет уголовные суды государств, его юрисдикция является лишь дополнением к национальной юрисдикции и выступает как самостоятельная только в том случае, когда национальные системы правосудия не работают. В соответствии с принципом “дополнительности” МУС будет действовать лишь в тех случаях, когда национальные правоохранительные структуры не могут или не хотят бороться с подсудными им преступлениями против мира и безопасности человечества[18].

Кроме того, полномочия МУС ограничены во времени и пространстве. Во-первых, МУС уполномочен рассматривать только те преступления, которые совершены после 1 июля 2002 г. Все преступления, совершенные до момента вступления в силу Римского статута, выпадают из сферы юрисдикции этого Суда (ст. 11, 12 Римского статута). В то же время в отношении преступлений, подпадающих под юрисдикцию МУС, не устанавливается никакого срока давности (ст. 29 Римского статута). Это соответствует духу Конвенции о неприменимости срока давности к военным преступлениям и преступлениям против человечества, которая была принята Генеральной Ассамблеей ООН в 1968 году. Во-вторых, к суду будут привлекаться только те преступники, которые являются гражданами государств, ратифицировавших Римский статут, или же те, кто совершил преступление на территории этих государств. В-третьих, МУС имеет юрисдикцию в отношении преступлений, “вызывающих озабоченность всего международного сообщества”, которые указаны в ст. 5 Римского статута, а именно: преступление геноцида, преступления против человечности, военные преступления и преступления агрессии.

Суд признает дело не подлежащим его юрисдикции в следующих случаях:

а) дело было расследовано или возбуждено уголовное преследование государством, которое обладает в отношении него юрисдикцией. Исключение составляют случаи, когда государство не желает или не способно осуществить расследование или уголовное преследование должным образом;

б) дело было расследовано государством, и оно решило не преследовать соответствующее лицо. Исключение составляет случай, когда такое решение является результатом нежелания или неспособности государства возбудить уголовное преследование должным образом;

в) лицо было уже судимо за соответствующие действия, и повторное рассмотрение его дела недопустимо в силу принципа “нельзя судить дважды за одно и то же”;

г) преступление недостаточно тяжко, чтобы быть предметом рассмотрения в Суде (ст. 17).

Применимое право (ст. 21). Суд применяет: во-первых, свой Статут, Элементы преступлений, Правила процедуры и доказывания; во-вторых, где это уместно, применимые договоры, а также принципы и нормы международного права.

Если ни первая, ни вторая категории применимого права не дают достаточных оснований для решения дела, то могут применяться общие принципы права, выводимые Судом из национальных правовых систем мира, включая законы государств, к юрисдикции которых при обычных обстоятельствах относилось бы данное преступление. При этом упомянутые общие принципы права не должны быть несовместимы со Статутом Суда и с международным правом, а также с международно признанными нормами и стандартами. Как видим, четко установлен приоритет международных норм и стандартов. Суд может применять принципы и нормы права, как они истолкованы в его ранее принятых решениях. Это значит, что Суд будет создавать свое прецедентное право.

К настоящему времени известны два вида международных судов: Нюрнбергский и Токийский Международные военные трибуналы, осудившие и наказавшие главных военных преступников Второй мировой войны, и Международные трибуналы ad hoc (лат. – только для особого случая), т.е. сформированные Советом Безопасности ООН в 1993 и 1994 гг. в Гааге по военным преступлениям и геноциду на территории бывшей Югославии и Руанды. В 2002 г. появился новый орган международной уголовной юстиции – Специальный суд по Сьерра-Леоне со своим Уставом[19].

и 31 декабря 1994 г 17.

Россия и Международный Уголовный Суд.

Международный уголовный суд (МУС) — важнейший институт современного международного уголовного права, является первым постоянным международным судом, созданным на договорной основе для судебного преследования лиц, совершивших наиболее тяжкие преступления. МУС был учреждён на основе Римского статута, принятого в 1998 году. Официально Суд начал свою работу с 1 июля 2002 года. С этого момента количество стран, присоединившихся к договору и ратифицировавших его, постоянно росло, но в этом году несколько государств впервые отозвали свою подпись под этим документом: в октябре это сделали Бурунди и ЮАР, в ноябре — Гамбия, а совсем недавно Россия, Уганда, Кения, Намибия и Филиппины заявили о своих намерениях выйти из числа государств-участников договора о МУС. Следует также отметить, что США, Китай, Индия, Израиль и Иран не присоединялись к договору и являются его противниками.

Российская Федерация подписала Римский статут 13 сентября 2000 года, однако так и не ратифицировала его и, таким образом, государством-участником Международного уголовного суда не являлась. Несмотря на это, Россия сотрудничала с МУС и участвовала в его работе в качестве наблюдателя. Однако, 16 ноября 2016 года Президент России Владимир Путин подписал распоряжение «О направлении генеральному секретарю ООН уведомления о намерении Российской Федерации не стать участником Римского статута Международного уголовного суда».

Причин для такого решения может быть несколько. Во-первых, МИД РФ заявило что суд не сумел оправдать возложенные на него надежды и “не стал подлинно независимым, авторитетным органом международного правосудия”. Действительно, за 14 лет работы МУС возбудил 23 дела, по некоторым из которых проходили сразу несколько человек. При этом, логического завершения удалось достичь только по пяти делам.

Во-вторых, озабоченность великих держав вызывает «криминализация агрессии» — соответствующее положение будет включено в Римский статут в 2017 г. Проблема с признанием агрессии преступлением заключалась в том, что до 2010 г. в международном уголовном праве отсутствовало ее определение — оно было принято летом 2010 г. на Конференции по обзору Римского статута МУС в Кампале. «Преступление агрессии» означает планирование, подготовку, инициирование и совершение лицом, которое в состоянии фактически руководить либо контролировать политические или военные действия государства, акта агрессии, представляющего в силу своего характера, тяжести и масштаба грубое нарушение Устава ООН. Исходя из этого, осуществление военного вмешательства, участие в локальных конфликтах или поддержка повстанцев в чужой стране могут повлечь за собой уголовную ответственность руководителей государств. Однако, существует угроза, что Европейский союз и США могут использовать МУС в качестве инструмента для свержения неугодных иностранных лидеров без организации дорогостоящих «цветных революций». Иностранные СМИ нередко обвиняют российскую армию и правительство в геноциде и в военных преступлениях. К тому же уроки, извлеченные из интервенций НАТО в Боснию и Косово, и Международный уголовный трибунал по бывшей Югославии дают основания полагать, что международные трибуналы функционируют по принципу vae victis «горе побежденным».

В-третьих, на пути присоединения России к Международному уголовному суду стоят некоторые формулировки, содержащиеся в Римском статуте и в Конституции Российской Федерации. Стоит отметить, что Римский статут — жесткий договор, запрещающий любые оговорки (ст. 120 Статута), поэтому различия могут быть устранены либо внесением поправок в Конституцию, либо толкованием российских правовых норм в соответствии с Римским статутом и международным правом. Например, статьи 91 и 98 Конституции РФ предоставляют неприкосновенность президенту и членам Федерального собрания. Если Россия ратифицирует Римский статут, эти положения потеряют силу, поскольку Статут применяется «в равной мере ко всем лицам без какого бы то ни было различия на основе должностного положения» (ст. 27 Статута).

На мой взгляд, решение Президента Российской Федерации было верным и принято с учетом современной политической обстановки, в которой прослеживается явная антироссийская риторика. Заявления официальных представителей МУС по поводу ситуации на Украине, грузино-осетинского конфликта или сирийского конфликта также имеют цель осудить Россию. Например, в ежегодном отчете главного прокурора МУС Фату Бенсуды говорится, что присоединение Крыма к России представляется как оккупация полуострова российскими силами, приводятся доказательства, подтверждающие факты притеснения крымских татар на территории полуострова, и утверждается, что перестрелки на востоке Украины и задержание российских военных на территории этой страны «указывают на прямое военное противостояние между российскими вооруженными силами и армией Украины, что свидетельствует о существовании международного вооруженного конфликта». Все это вызывает вопросы о беспристрастности и компетентности данного органа.

Читайте также:  ПФР Ставропольский край, городской округ Пятигорск

Список использованной литературы.

1. Amendments to the Rome Statute of the International Criminal Court: Adoption of Amendments to the Crime of Aggression (2010, June 11). Kampala, C.N.651.2010.TREATIES-8.

2. Устав Международного трибунала для судебного преследования лиц, ответственных за серьезные нарушения международного гуманитарного права, совершенные на территории бывшей Югославии с 1991 г. (Международный трибунал по бывшей Югославии). Принят резолюцией Совета Безопасности 827 (1993) от 25 мая 1993 г. с поправками, внесенными резолюциями Совета Безопасности 1166 (1998) от 13 мая 1998 г., 1329 (2000) от 30 ноября 2000 г., 1411 (2002) от 17 мая 2002 г. и 1431 (2002) от 14 августа 2002 г. Ст. 7.

3. Устав Международного уголовного трибунала для судебного преследования лиц, ответственных за геноцид и другие серьезные нарушения международного гуманитарного права, совершенные на территории Руанды, и граждан Руанды, ответственных за геноцид и другие подобные нарушения, совершенные на территории соседних государств в период с 1 января 1994 г. по 31 декабря 1994 г. Принят резолюцией Совета Безопасности 955 (1994) от 8 ноября 1994 г. с поправками, внесенными резолюциями Совета Безопасности 1165 (1998) от 30 апреля 1998 г., 1329 (2000) от 30 ноября 2000 г., 1411 (2002) от 17 мая 2002 г. и 1431 (2002) от 14 августа 2002 г. Ст. 6.

4. Sievert R. A New Perspective on the International Criminal Court: Why the Right Should Embrace the ICC and How America Can Use it // University of Pittsburgh Law Review. 2006. № 68(77). Pp. 108–110.

5. Глотова С.В. Россия и Международный уголовный суд: некоторые вопросы имплементации Римского Статута // Вестник РУДН. Серия «Юридические науки». 2007. № 3. С. 72–78.

Официально Суд начал свою работу с 1 июля 2002 года.

§ 6. Особенности осуществления международными уголовными судами юрисдикции в отношении преступлений против отправления правосудия

Проблема юрисдикции является одной из наиболее сложных и наименее изученных в международном праве, несмотря на фундаментальные исследования проф. М. Акерхерста [413] , Ф. Манна [414] и А. Доннедье де Вабра [415] . Не вдаваясь в доктринальные споры о том, что представляет собой юрисдикция, отметим лишь, что понятие «юрисдикция» связано со сферой действия внутреннего права государства во времени, пространстве и по кругу лиц. Проф. С.В. Черниченко предлагает понимать под ней «определяемую государством возможность и допустимость ожидать и требовать осуществления своих правовых велений (предписаний и запретов) и обеспечивать их осуществление» 414 415 [416] [417] [418] .

равенства государств и невмешательства во внутренние дела» .

Применительно к международным уголовным судам термином «юрисдикция» можно обозначить действие права данного суда во времени, пространстве и по кругу лиц, т.е. когда, где и кем должно быть совершено преступление, чтобы суд был правомочен осуществлять разбирательство в его отношении. Настоящий параграф посвящен исследованию обстоятельств, обусловливающих юрисдикцию международных уголовных судов в отношении преступлений против отправления международного уголовного правосудия.

Во времени. Любой международный уголовный суд вправе преследовать преступления против отправления им правосудия, совершенные с момента начала его функционирования.

В пространстве. В международном праве выделяется пять обстоятельств, именуемых в отечественной литературе «принципами юрисдикции», позволяющих государству осуществлять уголовную юрисдикцию в отношении какого-либо преступного деяния: территориальный принцип, принципы активного и пассивного гражданства, универсальный и защитный принципы.

Наименее дискуссионным является территориальный принцип, в силу которого государство может осуществлять уголовное преследование преступлений, совершенных в пределах его территории [419] . Преступление может считаться совершенным на территории какого-либо государства, если оно полностью или частично имело место на данной территории. Юрисдикция международных уголовных судов обычно носит территориальный характер. Так, МТБЮ полномочен осуществлять судебное преследование лиц, ответственных за серьезные нарушения международного гуманитарного права, совершенные на территории бывшей Югославии [420] [421] . Юрисдикция СТЛ ограничена событиями, имевшими место на территории Ливана . Согласно п. а) ч. 2 ст. 12 Римского статута, МУС может осуществлять свою юрисдикцию над преступлениями, имевшими место на территории государства-участника Статута или на борту морского или воздушного судна, зарегистрированного в государстве-участнике. Территориальный принцип применим и к юрисдикции международных уголовных судов в отношении преступлений против отправления ими правосудия.

Принцип активного гражданства позволяет государствам распространять свою юрисдикцию на преступления, совершенные их гражданами, вне зависимости от места совершения.

В соответствии с принципом пассивного гражданства, государства вправе преследовать лиц, виновных в совершении преступлений против их граждан, где бы эти преступления ни были совершены, и к гражданству какого государства ни принадлежали бы преследуемые лица. Проф. Я. Броунли называет принцип пассивного гражданства «наименее оправданным основанием для осуществления юрисдикции», т.к. «многие аспекты его применения охватываются принципами защиты и универсальности» [426] [427] . Этот принцип критиковался также проф. Ф. Манном и А. Доннедье де Вабром . Судьи по делу «Лотоса», рассмотренному Постоянной палатой международного правосудия в 1927 г., в своих особых мнениях пришли к выводу, что принцип пассивного гражданства не является

частью обычного международного права . На национальном уровне данный принцип неоднократно применялся в рамках процессов в отношении международных преступлений. Например, по окончании Второй мировой войны в 1948 г. Военным судом Батавии было рассмотрено дело против японского военнослужащего, обвиняемого в принуждении голландских женщин к

Универсальный принцип допускает осуществление юрисдикции государства в отношении наиболее серьезных преступлений, представляющих угрозу для всего международного сообщества, даже тогда, когда данные преступления не имеют никакой привязки к этому государству, кроме присутствия виновного лица на его территории [428] [429] [430] . Несмотря на то, что международные уголовные суды обычно создаются для преследования именно такого рода преступлений, ни один из них не обладает универсальной юрисдикцией. В доктрине существует теория о принципиальной возможности наделения государствами-участниками международного уголовного суда универсальной юрисдикцией. В качестве правового обоснования этой теории его сторонник С. Ренгарт утверждает, что международный уголовный суд должен быть правомочен делать то, что может делать каждый из его государств-участников по отдельности [431] .

С этой теорией нельзя согласиться. Во-первых, использование термина «передача полномочий» здесь неуместно, т.к. «передача» предполагает отказ от каких-либо полномочий в пользу другого субъекта, в то время как создание международного уголовного суда не предполагает такого отказа – юрисдикции государств-участников и суда существуют параллельно, а коллизии между ними могут разрешаться по-разному, в зависимости от воли государств, выраженной в учредительном акте.

Наконец, пятый – защитный принцип – является основанием для осуществления государством юрисдикции в отношении преступлений, направленных против его интересов. По мнению проф. Ф.Ф. Мартенса, право государства наказывать иностранца за преступление, совершенное на чужой территории возникает из наличия юридического отношения между этим государством и преступлением [432] [433] . Такое отношение существует, «если иностранец совершил за границей преступление против государственного порядка или прав страны, в пределах которой он находится» . Проф. А. Доннедье де Вабр отмечает, что «как далеко бы мы ни углублялись в историю международного уголовного права, мы неизбежно констатируем существование норм, позволяющих государству осуществлять свою юрисдикцию в отношении преступлений, которые представляют угрозу его внутренней или внешней безопасности, даже если они были подготовлены и осуществлены за пределами

его территории и совершены иностранным гражданином» . М. Шоу пишет о праве государства осуществлять уголовную юрисдикцию против «иностранных граждан, совершивших за рубежом деяние, которое рассматривается как наносящее ущерб безопасности данного государства» [434] [435] . Проф. Р. Крайер также связывает защитный принцип с деятельностью, угрожающей безопасности государства, такой как раскрытие государственной тайны, шпионаж, подделка государственной валюты и т.д. [436] [437] [438] По мнению проф. С. Ренгарта, этот принцип призван защищать государство от совершенных за рубежом действий,

подрывающих его суверенитет или право на политическую независимость . Согласно Меморандуму Секретариата ООН «Иммунитет государственных должностных лиц от уголовного преследования» 2008 г., «защитный принцип основывает юрисдикцию на национальном интересе, которому нанесен ущерб правонарушением, совершенным за рубежом» . Защитный принцип предоставляет юрисдикцию «в отношении тех преступлений, которые полностью совершены вне пределов территории государства, осуществляющего уголовного преследование и которые создают опасность наступления отрицательных последствий для безопасности, целостности, суверенитета такого государства или отправления им важной управленческой функции» [439] .

Этот принцип предусмотрен, например, в Международной конвенции о борьбе с захватом заложников 1979 г., согласно которой каждое государствоучастник обязуется принять необходимые меры для установления его юрисдикции в отношении преступлений, совершенных с целью принудить это государство совершить какой-либо акт или воздержаться от его совершения.

В деле против А. Эйхмана, ответственного за реализацию политики окончательного решения еврейского вопроса в Третьем Рейхе, Окружной суд Израиля сослался на защитный принцип как на одно из оснований своей юрисдикции [440] . Вменяемые А. Эйхману преступления не могли ставить под угрозу интересы государства Израиль, т.к. на момент их совершения такого государства не существовало [441] .

В 1968 г. иностранная гражданка была осуждена в США за предоставление заведомо ложных сведений в анкете на получение американской визы в консульстве США в Канаде [442] [443] [444] . Суд постановил, что подобное деяние представляет собой «оскорбление американского суверенитета», а предоставленные ложные сведения пагубно влияют на правомерные

В 1981 г. окружной суд штата Калифорния, что действия, связанные с причинением смерти конгрессмену США на службе за рубежом «безусловно имели потенциально негативные последствия для безопасности государства или отправления им управленческой функции», в связи с чем подпадают под юрисдикцию США на основании защитного принципа .

В 1983 г. немецкий гражданин был осужден окружным судом штата Массачусетс на восемь лет лишения свободы по обвинению в шпионаже в пользу ГДР. В приговоре суд воспроизвел положение Второго свода по международным отношениям США: «в международном праве защитный принцип предоставляет государству право в нормативном порядке придавать правовые последствия поведению, которое имеет место вне его территории и угрожает его безопасности или отправлению им управленческих функций, при условии, что это поведение

признается преступным государствами с достаточно развитыми правовыми

Таким образом, в доктрине международного права и практике государств прочно закреплена идея о возможности преследования государством деяний, направленных против его интересов, вне зависимости от места их совершения и гражданской принадлежности виновного лица [445] [446] . Государство не может допустить, чтобы посягательства на его интересы оставались безнаказанными. Политика иностранных государств в отношении преследования деяний, посягающих на чужие интересы, традиционно характеризовалась пассивностью [447] . В последние годы намечается, в т.ч. на уровне международных соглашений, тенденция к криминализации ряда таких деяний, например, коррупции иностранных должностных лиц или международных гражданских

Такая же логика может применяться и к международным уголовным судам. Преступления против отправления ими правосудия, где бы и кем бы они ни совершались, посягают на их фундаментальные интересы, бремя защиты которых ложится, в первую очередь, на них самих.

Защитный принцип не налагает никаких дополнительных обязанностей на государство, не являющееся участником устава международного уголовного суда, на территории которого имело место преступление или находится виновное лицо. Факт возбуждения уголовного разбирательства по факту совершения преступления против отправления последним правосудия не обязывает это государство сотрудничать с международным судебным органом, также, как никакое государство не обязано – в отсутствие международно-правовой договоренности об обратном – оказывать помощь другому государству в его расследовании на основании защитного принципа.

По кругу лиц. Данная характеристика определяет, кто может являться субъектом преступления против отправления международного уголовного правосудия. Она подробно была рассмотрена выше.

Несмотря на то, что международные уголовные суды обычно создаются для преследования именно такого рода преступлений, ни один из них не обладает универсальной юрисдикцией.

§ 8. Международные трибуналы. Международный уголовный суд

Истории известны два выполнивших свои задачи судебных органа, именовавшихся международными военными трибуналами.

Первым — в соответствии с Соглашением между правительствами СССР, США, Великобритании и Франции от 8 августа 1945 г. — был образован Международный военный трибунал, призванный выполнить судебные функции в отношении государственных и военных лидеров гитлеровской Германии. Вопросы его организации, юрисдикции и компетенции были решены в приложенном к Соглашению Уставе Международного военного трибунала.

Трибунал состоял из четырех членов и четырех заместителей — по одному от каждого из названных государств. Каждое государство назначило также своего главного обвинителя и соответствующий персонал. Главные обвинители, действовавшие в качестве комитета, выполняли свои обязанности как индиви-дуально, так и в сотрудничестве друг с другом. Для подсудимых были предусмотрены процессуальные гарантии, включая выделение защитников.

Трибунал, согласно Уставу, был наделен правом судить и наказывать лиц, совершивших действия, влекущие индивиду-альную ответственность: преступления против мира (планирование, подготовка, развя-зывание и ведение агрессивной войны или войны в нарушение международных договоров), военные преступления (действия, нарушающие закон или обычаи войны), преступления против человечности, убийства (истребление, порабощение, ссылка и другие жестокости в отношении гражданского населения).

Трибунал был создан с ориентацией на неопределенное количество судебных процессов. Его постоянным местонахождением был назначен Берлин, где и состоялось первое организационное заседание 9 октября 1945 г. На практике его деятельность ограничилась Нюрнбергским процессом, проведенным в период с 20 ноября 1945 г. по 1 октября 1946 г. Порядок заседаний и судебного разбирательства был зафиксирован в Уставе и в регламенте. В качестве санкции к виновным предусматривались смертная казнь или другое наказание. Приговор Трибунала считался окончательным, не подлежал пересмотру и приводился в исполнение согласно приказу Контрольного совета в Германии — единственного органа, компетентного изменить приговор и рассматривать ходатайства осужденных о помиловании. Приговор в отношении осужденных к смертной казни после отклонения ходатайства о помиловании был приведен в исполнение в ночь на 16 октября 1946 г.

Генеральная Ассамблея ООН 11 декабря 1946 г. приняла резолюцию, подтвердившую принципы международного права, воплощенные в Уставе Нюрнбергского трибунала и в его приговоре.

Второй Международный военный трибунал был предназна-чен для суда над главными японскими преступниками и получил название Токийского. Его правовой основой был также специально для него принятый группой государств Устав.

Этот Трибунал включал представителей 11 государств — СССР, США, Китая, Великобритании, Франции, Нидерландов, Канады, Австралии, Новой Зеландии, Индии, Филиппин.

Потенциальная возможность создания новых международных судебных учреждений была зафиксирована в конвенциях о таких международных преступлениях, как геноцид и апартеид. Так, согласно ст. VI Конвенции о предупреждении преступления геноцида и наказании за него лица, обвиняемые в совершении геноцида, «должны быть судимы компетентным судом того государства, на территории которого было совершено это деяние, или таким международным уголовным судом, который может иметь юрисдикцию в отношении сторон настоящей Конвенции, признавших юрисдикцию такого суда».

Уникальной по своему характеру можно считать Резолюцию Совета Безопасности ООН 827 от 25 мая 1993 г. относительно учреждения Международного трибунала с целью судебного преследования лиц, ответственных за серьезные нарушения международного гуманитарного права на территории бывшей Югославии, где разгорелся трагический для народов вооруженный конфликт. Одновременно был утвержден Устав (Статут) Трибунала1.

Устав определяет юрисдикцию Трибунала в отношении лиц, совершающих серьезные нарушения правил Женевских конвенций 1949 г. и других норм, в том числе такие деяния, как умышленное убийство или причинение тяжелых страданий, пытки и бесчеловечное обращение, взятие гражданских лиц в качестве заложников или их незаконное депортирование, применение видов оружия, предназначенных для причинения излишних страданий, геноцид и т. д.

Трибунал состоит из 11 независимых судей, выделяемых государствами и избираемых Генеральной Ассамблеей ООН на четыре года из представляемого Советом Безопасности списка, а также включает обвинителя, назначаемого Советом Безопасности по рекомендации Генерального секретаря ООН. В составе Трибунала выделяют две судебные камеры (по три судьи в каждой) и апел-ляционную камеру (пять судей). Местопребывание — г. Гаага.

В Уставе сформулированы полномочия обвинителя по расследованию и составлению обвинительного заключения, оговорены права подозреваемого, в том числе на услуги адвоката, и права обвиняемого в процессе судебного разбирательства (в соответствии с положениями Международного пакта о гражданских и политических правах). Регламентированы процедура судебного разбирательства и порядок вынесения приговора и назначения наказания в виде тюремного заключения, сроки которого устанавливаются с учетом практики вынесения при-говоров в судах бывшей Югославии. Судебные камеры согласно ст. 20 Устава обеспечивают справедливое и оперативное судебное разбирательство и осуществление судопроизводства в соответствии с правилами процедуры и доказывания при полном уважении прав обвиняемого и надлежащем обеспечении защиты жертв (потерпевших) и свидетелей. Лицо, в отношении которого утверждено обвинительное заключение, заключается под стражу, информируется о предъявляемых ему обвинениях и направляется в место нахождения Трибунала. В ст. 21 зафиксированы права обвиняемого, в том числе на справедливое и публичное разбирательство дела, на защиту себя лично или через выбранного им самим защитника, на пользование бесплатной помощью переводчика и на другие процессуальные гарантии. Тюремное заключение отбывается в государстве, определенном Трибуналом из перечня государств, заявивших о готовности принять осужденных лиц; при этом применяется законодательство соответствующего государства при надзоре со стороны Трибунала.

В 1994 г. также в соответствии с резолюцией Совета Безопасности ООН был создан Международный трибунал по Руан-Де с целью судебного преследования лиц, ответственных за ге-

ноцид и другие серьезные нарушения международного гуманитарного права в период межэтнического конфликта в Руанде. Положения Устава этого Трибунала в главных чертах аналогичны приведенным выше формулировкам.

На дипломатической конференции представителей ООН по учреждению Международного уголовного суда, состоявшейся в Риме, был принят 17 июля 1998 г. и открыт для подписания Римский статут Международного уголовного суда. Его подписали более 140 государств, из них около 90 его ратифицировали (март 2003 г.). Российская Федерация пока не ратифицировала Статут и не участвует в деятельности Суда. Статут вступил в силу 1 июля 2002 г. На первой Ассамблее государств — участников Статута в сентябре 2002 г. были приняты Правила процедуры и доказывания и документ «Элементы преступлений».

Международный уголовный суд обладает международной правосубъектностью и является «постоянным органом, уполномоченным осуществлять юрисдикцию в отношении лиц, ответственных за самые серьезные преступления, вызывающие озабоченность международного сообщества». Он призван дополнять национальные органы уголовной юстиции.

В соответствии со Статутом Суд обладает юрисдикцией в отношении следующих преступлений: 1) преступление геноцида; 2) преступления против человечности; 3) военные преступления; 4) преступление агрессии. Имеются в виду деяния, совершенные после вступления в силу Статута. Было решено, что Суд начнет осуществлять юрисдикцию в отношении преступления агрессии после принятия общеприемлемого определения этого деяния. Применительно к осуществлению юрисдикции Суда предусмотрена особая роль государства — участника Статута, Совета Безопасности ООН и Прокурора Суда («передача ситуации»). В Статуте сформулированы компоненты применимого права, включая общие принципы уголовного права, и содержание юрисдикции Суда Ё отношении физических лиц. Суд имеет апелляционное отделение, судебное отделение и отделение предварительного производства.

Суд состоит из 18 судей, избранных Ассамблеей государств — участников Статута в феврале 2003 г.

Предусмотрена должность Прокурора, компетентного в возбуждении дел о расследовании и уголовном преследовании.

Статут регламентирует процедуру судебного разбирательства в рамках судебной палаты и апелляционного производства. Обвиняемый присутствует на судебном разбирательстве, имеет право на публичное и справедливое слушание и на гарантии, сформулированные в Статуте в соответствии с положениями ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах.

Предусмотрены различные методы международного сотрудничества и правовой помощи.

Применимые меры наказания — лишение свободы на срок, не превышающий 30 лет, или пожизненное лишение свободы; возможны также штраф и конфискация доходов, имущества и активов, полученных прямо или косвенно в результате преступления. Наказание в виде лишения свободы отбывается в государстве, определяемом Судом из перечня государств, уведомивших Суд о своей готовности принять лиц, которым вынесен приговор. Исполнение наказания осуществляется под надзором Суда.

Приговор в отношении осужденных к смертной казни после отклонения ходатайства о помиловании был приведен в исполнение в ночь на 16 октября 1946 г.

Применимое Международным уголовным судом право

докторант Ph . D . (специальность «международное право»)

факультета международных отношений

Казахского Национального университета им. аль-Фараби

Международная уголовная юрисдикция в отношении преступлений против мира и безопасности человечества как геноцид.

Как правило, осуществление внутригосударственными судами юрисдикции в отношении уголовных преступлений основывается на таких основных принципах, как принцип территориальности и гражданства. Особо следует выделить именно принцип территориальности, в соответствии с которым юрисдикция принадлежит судам того государства, на территории которого совершено преступление. Онявляется выражением территориального по своему существу характера государственного суверенитета, атакже презумпции, что преступление затрагивает интересы того государства, где оно совершено. [1]

Международная практика и юридическая доктрина уже давно рассматривают принцип места совершения и принцип гражданства общепризнанными. Однако, последнее в определенной степени считается подчиненным по отношению к первому. [2]

Отличительной особенностью обладает принцип универсальности, допускающий юрисдикцию в отношении не граждан. В настоящее время именно этот принцип рассматривается в качестве основы международной уголовной юрисдикции в отношении физических лиц, совершающих международные преступления. [3]

В 1935 году Гарвардским институтом права было проведено исследование по вопросу об уголовной юрисдикции государств, в соответствии с которым принцип универсальности может применяться в дополнение к принципам: места совершения, гражданства и пассивного, персонального государством, арестовавшим преступника, вслучае если его по законам совершенное преступление не наказуемо, а государство, к которому правонарушитель юридически имеет отношение, отказывается осуществлять в виду уже упоминавшийся принцип aut dedere aut punier (либо выдай, либо осуди).

1 Bemmelen I. Reflection and Observations on International Criminal Law. –

A Treaties on International Criminal Law, vol. I . p . 80

2 Броунули Я. Международное право. Книга первая. М., 1977.

3. Решетов Ю. А. Борьба смеждународными преступлениями против мира и

безопасности. М., 1983

Наибольшее развитие получили принцип универсальности применительно к международным преступлениям против мира и безопасности человечества, когда подозреваемые могут караться любым государством. В этой связи Ш. Феллер отмечал, что «существование концепции международных преступлений, деликтов посягающих на основополагающие ценности всего международного сообщества, вызвало появление принципа универсальности, в соответствии с которым любое государство, являясь членом этого сообщества, имеет право выступать против правонарушений, где бы они ни совершались» [4] .

Мнение бельгийского профессора Ж. Доктрикура по данному вопросу сводится к тому, что международная уголовная юрисдикция является ответом на главную проблему наших дней – борьбу за всеобщий мир. [5]

Лица, совершившие международное преступление, подлежат наказанию независимо от места совершения этого преступления. При этом все государства должны принимать необходимые меры для ареста и высылки лиц, ответственных за международные преступления в те страны, где они совершили, для суда и наказания, согласно законам этих стран. В частности, это подтверждается в принятых Генеральной Ассамблеей ООН 3 декабря 1973 года принципах международного сотрудничества в отношении обнаружения, ареста, выдачи и наказания лиц, виновных в военных преступлениях и преступлениях против человечества: «Лица, в отношении которых имеются доказательства о совершении ими военных преступлений и преступлений против человечества, подлежат привлечению к судебной ответственности и, в случае признания их виновными, наказанию как общее правило в странах, где они совершили эти преступления. В соответствии с этим, государства осуществляют сотрудничество в вопросах выдачи таких лиц» (Принцип 5).

Универсальная система уголовного преследования, обязывающая государство, которое не привлекло к уголовной ответственности перед своим судом лицо обвиняемое в совершении военного преступления, выдать его другой стороне для осуществления судопроизводства с соблюдением всех гарантий, предусмотренных для данного судебного процесса, устанавливается и нормами международного гуманитарного права, применимого в период вооруженных конфликтов. Правило «либо выдай, либо суди» гарантирует универсальность уголовного преследования в отношении военных преступников и способствует осуществлению принципа неотвратимости наказания за совершенное деяние.

Читайте также:  СЗВ-ИСХ: пример заполнения

Таким образом, можно заключить, что принцип универсальности юридически закрепляет другой, не менее важный принцип-неотвратимости наказания за совершенное деяние. Впервые зафиксированный в Московской


4. Feller S. Jurisdiction over Offenses with a Forting Element.- A Treaties on International Criminal Law

5. Dautricourt J. The International Criminal Court.

декларации от 30 октября 1943 года, Лондонском соглашении от 6 августа 1945

года и в некоторых других неменее важных документах государств, антигитлеровской коалиции, данный принцип позднее более полно формулируется Комиссией международного права в первом Нюрнбергском принципе: «Всякое лицо, совершившее какое-либо действие признаваемое, согласно международному праву, преступлением, несет за него ответственность и подлежит наказанию».

Для придания императивного характера принципу неотвратимости наказания в 1968 году принимается также Конвенция о неприменимости срока давности к военным преступника, как они определены в Уставе Нюрнбергского международного военного трибунала и подтверждаются резолюциями Генеральной Ассамблеи ООН 3 (1) от 13 февраля 1946 года и 95 (1)от 11 декабря 1946 года. Генеральной Ассамблеей ООН изгнание в результате вооруженного нападения или оккупации и бесчеловечные действия, являющиеся следствием политики апартеида, а также преступление геноцида определяющей в Конвенции 1948 года о предупреждении преступления геноцида и наказания за него, даже если эти действия не представляют собой нарушения внутреннего законодательства той страны, в которой они были совершены (ст.1). А также Конвенция устанавливает одновременно два принципа – территориальности и универсальности. Так, в статье 6 Конвенции говорится о том, что лица, обвиняемые в совершении геноцида, должны быть судимы компетентным судом того государства, на территории которогобыло совершено это преступление (принцип территориальности). С другой стороны Конвенцией предусматривается возможность рассмотрения дела таким международным уголовным судом, который может иметь юрисдикцию такого суда принцип универсальности – международной уголовной юрисдикции в отношении преступления геноцида.

Согласно международной конвенции о пресечении преступления апартеидаи наказания за него 1973г. ответственности за это преступление подлежат лица, члены организации и учреждений и представители государств, проживающие как на территории государства, где совершаются акты апартеида, так и влюбом другом государстве (ст.3). При этом лица, обвиняемые в совершении преступления апартеида, могут передаваться компетентному суду любого государства-участника Конвенции. Который может приобретать – юрисдикцию над личностью обвиняемого, или международному уголовному трибуналу, который может распологать юрисдикцией в отношении всех государств-участников, согласившихся с его юрисдикцией (ст.5).

Из всего вышеизложенного очевидным становится тот факт, что все большее предпочтение отдается именно международной уголовной юрисдикции в отношении рассматриваемых преступлений, принадлежащей специально создаваемым международным юрисдикционным органом. В частности, после Нюрнбергского процесса, исходя из юридических оснований для признания международных уголовных судов для таких преступлений, содержащихся в Конвенциях о геноциде и апартеиде, а также в целях недопущения в будущем преступных посягательств на международный правопорядок и соответствующего наказания за такие посягательства были созданы два Трибунала « ad hoc » по бывшей Югославии и Руанде, а также практически завершили затянувшийся процесс по созданию постоянного международного уголовного суда. Именно эти органы составляют основное ядро современной международной уголовной юрисдикции в отношении преступлении геноцида.

Для того, чтобы более точно охаректеризовать особенности международной уголовной юрисдикции таких судов в отношении рассматриваемой категории преступлений, необходимо проанализировать все вопросы, связанные систорией развития создания международных юрисдикционных органов, структуры и принципами деятельности.

1 Bemmelen I.

Юрисдикция МУС — военные преступления

Военные преступления, как следует из названия, могут совершаться только в военное время и с людьми, которые участвуют или вовлечены в конфликт. К такому типу правонарушений относятся:

  • Существенные нарушения положений Женевской Конвенции. Они были приняты на международном собрании в 49-м году.
  • Существенные нарушения международных законодательных актов, которые были приняты в отношении ведения военных конфликтов.

Нигде не говорится о том, какие масштабы должен принять конфликт, чтобы преступления начали считаться военными. Это значит, что абсолютно не важно международная это война или гражданская — тут главным является само наличие боевых действий на территории какой-либо страны.

Статьи Международного уголовного суда во много повторяют подобные акты из Женевской конвенции или других договоров схожего плана.

Стоит отметить, что этот вопрос прояснится только после того, как все государства, принимающие участие в разбирательствах, достигнут окончательного согласия по данному вопросу.

Международное уголовное право (стр. 4 из 6)

Функционирование международных трибуналов невозможно без активного содействия государств. Уставы трибуналов обязывают государства оказывать помощь, включая розыск и опознание, передачу обвиняемого трибуналу. Все это требует внесения соответствующих положений в уголовное и уголовно-процессуальное право государств.

Международный уголовный суд (МУС) – необходимый институт международного уголовного права, а также современного международного права в целом.

В 1998 г. в Риме дипломатическая конференция полномочных представителей под эгидой ООН приняла Римский статут Международного уголовного суда. Суд был учрежден как постоянный орган, обладающий юрисдикцией в отношении лиц, ответственных за самые серьезные преступления, вызывающие озабоченность международного сообщества. При этом речь идет только о тех преступлениях, которые перечислены в Статуте. В юрисдикцию Суда были включены наиболее тяжкие преступления, посягающие на интересы международного сообщества в целом: агрессия, геноцид, преступления против человечества, военные преступления. Перечень этих преступлений исчерпывающий.

Кроме указанных преступлений по общему международному праву к юрисдикции Суда отнесены деяния, предусмотренные международными договорами. Наказание за эти преступления предусмотрено только в виде тюремного заключения до 30 лет, смертная казнь и пожизненное лишение свободы не допускаются. Кроме того, у Суда нет юрисдикции в отношении лиц, не достигших 18 лет. Иммунитет должностных лиц по национальному либо международному праву не препятствует привлечению виновных в перечисленных преступлениях лиц к уголовной ответственности. Статут применяется равно ко всем лицам, независимо от их служебного положения, включая статус главы государства или правительства, члена парламента и т.п.

Свои функции МУС может осуществлять на территории любого государства-участника Статута, а на основе специального соглашения и на территории любого иного государства. Становясь участником Статута, государство тем самым признает его юрисдикцию (ст. 12).

МУС не подменяет уголовные суды государств, его юрисдикция является лишь дополнением к национальной юрисдикции и выступает как самостоятельная только в том случае, когда национальные системы правосудия не работают. В соответствии с принципом “дополнительности” МУС будет действовать лишь в тех случаях, когда национальные правоохранительные структуры не могут или не хотят бороться с подсудными им преступлениями против мира и безопасности человечества[18].

Кроме того, полномочия МУС ограничены во времени и пространстве. Во-первых, МУС уполномочен рассматривать только те преступления, которые совершены после 1 июля 2002 г. Все преступления, совершенные до момента вступления в силу Римского статута, выпадают из сферы юрисдикции этого Суда (ст. 11, 12 Римского статута). В то же время в отношении преступлений, подпадающих под юрисдикцию МУС, не устанавливается никакого срока давности (ст. 29 Римского статута). Это соответствует духу Конвенции о неприменимости срока давности к военным преступлениям и преступлениям против человечества, которая была принята Генеральной Ассамблеей ООН в 1968 году. Во-вторых, к суду будут привлекаться только те преступники, которые являются гражданами государств, ратифицировавших Римский статут, или же те, кто совершил преступление на территории этих государств. В-третьих, МУС имеет юрисдикцию в отношении преступлений, “вызывающих озабоченность всего международного сообщества”, которые указаны в ст. 5 Римского статута, а именно: преступление геноцида, преступления против человечности, военные преступления и преступления агрессии.

Суд признает дело не подлежащим его юрисдикции в следующих случаях:

а) дело было расследовано или возбуждено уголовное преследование государством, которое обладает в отношении него юрисдикцией. Исключение составляют случаи, когда государство не желает или не способно осуществить расследование или уголовное преследование должным образом;

б) дело было расследовано государством, и оно решило не преследовать соответствующее лицо. Исключение составляет случай, когда такое решение является результатом нежелания или неспособности государства возбудить уголовное преследование должным образом;

в) лицо было уже судимо за соответствующие действия, и повторное рассмотрение его дела недопустимо в силу принципа “нельзя судить дважды за одно и то же”;

г) преступление недостаточно тяжко, чтобы быть предметом рассмотрения в Суде (ст. 17).

Применимое право (ст. 21). Суд применяет: во-первых, свой Статут, Элементы преступлений, Правила процедуры и доказывания; во-вторых, где это уместно, применимые договоры, а также принципы и нормы международного права.

Если ни первая, ни вторая категории применимого права не дают достаточных оснований для решения дела, то могут применяться общие принципы права, выводимые Судом из национальных правовых систем мира, включая законы государств, к юрисдикции которых при обычных обстоятельствах относилось бы данное преступление. При этом упомянутые общие принципы права не должны быть несовместимы со Статутом Суда и с международным правом, а также с международно признанными нормами и стандартами. Как видим, четко установлен приоритет международных норм и стандартов. Суд может применять принципы и нормы права, как они истолкованы в его ранее принятых решениях. Это значит, что Суд будет создавать свое прецедентное право.

К настоящему времени известны два вида международных судов: Нюрнбергский и Токийский Международные военные трибуналы, осудившие и наказавшие главных военных преступников Второй мировой войны, и Международные трибуналы ad hoc (лат. – только для особого случая), т.е. сформированные Советом Безопасности ООН в 1993 и 1994 гг. в Гааге по военным преступлениям и геноциду на территории бывшей Югославии и Руанды. В 2002 г. появился новый орган международной уголовной юстиции – Специальный суд по Сьерра-Леоне со своим Уставом[19].

В частности, в ст.

Русанов Г. А. Принципы международного уголовного права // Вопросы судебной реформы: право, экономика, управленике. 2009. № 4.

применительно к международному уголовному праву это отношения, в которых задействовано ни одно государство, а также те отношения, в которых ответственным субъектом является государство.

3. Международный уголовный суд

В 1918 г. состоявшаяся в Риме Дипломатическая конференция под эгидой ООН приняла Римский статут Международного уголовного суда (далее – Суд). В работе Конференции участвовали делегации 160 государств. За принятие Статута проголосовали 120 государств, включая Россию. Двадцать одно государство воздержалось, и семь проголосовали против. Наиболее активно за ограничение полномочий Суда выступали США.

Суд был учрежден как постоянный орган, обладающий юрисдикцией в отношении лиц, ответственных за самые серьезные преступления, вызывающие озабоченность международного сообщества.

Свои функции Суд может осуществлять на территории любого государства-участника Статута, а на основе специального соглашения и на территории любого иного государства. Суд является самостоятельным международным органом. Он обладает международной правосубъектностью. Отношения Суда с ООН будут регулироваться его соглашением с этой организацией. Местом пребывания является Гаага.

Статут представляет весьма объемный (126 статей) и довольно сложный документ. Объясняется это рядом причин. Он содержит положения, относящиеся к материальному и процессуальному уголовному праву, судоустройству, сотрудничеству государств, обеспечивающих деятельность Суда.

Юрисдикция Суда ограничена наиболее серьезными преступлениями, затрагивающими интересы международного сообщества в целом. К таким преступлениям отнесены: геноцид, преступления против человечности, военные преступления и агрессия. Государства пошли по пути предельного ограничения круга преступлений, относящихся к юрисдикции Суда.

В Статуте даны развернутые составы преступлений. При этом подчеркивается, что относящиеся к преступлениям против человечности действия подпадают под юрисдикцию Суда лишь в том случае, если они совершены “в рамках широкомасштабных или систематических нападений на любых гражданских лиц”, а военные преступления – “если совершены в рамках плана или политики или при крупномасштабном совершении таких преступлений”.

К юрисдикции Суда отнесены и военные преступления, совершаемые в ходе вооруженных конфликтов немеждународного характера. При этом подчеркивается, что это положение не затрагивает ответственность правительства за поддержание или восстановление права и порядка в государстве или за защиту единства и целостности государства всеми законными средствами (ч. 3 ст. 8).

Статут не содержит определения преступления агрессии. Государства оказались не в состоянии согласовать такое определение. Было решено, что Суд сможет осуществлять свою юрисдикцию в отношении такого преступления после того, как государства-участники договорятся о таком определении и в установленном порядке внесут соответствующие положения в Статут.

Становясь участником Статута, государство тем самым признает его юрисдикцию (ст. 12). Вместе с тем по настоянию некоторых западных государств, войска которых расположены на территории других государств, в Статут было включено “переходное положение” (ст. 124). Согласно этому положению государство, становясь участником Статута, может заявить, что в течение семилетнего периода после вступления Статута для него в силу оно не признает юрисдикцию Суда в отношении военных преступлений, совершенных его гражданами или на его территории.

Международный уголовный суд осуществляет свою юрисдикцию, если:

а) ситуация, при которой были совершены одно или несколько преступлений, передается прокурору государством-участником;

б) Прокурор начал расследование по собственной инициативе.

Осуществление юрисдикции в таких случаях возможно при условии, что речь идет о государствах, которые являются участниками Статута или признали его юрисдикцию и относятся к одной из следующих категорий:

а) государство, на территории которого соответствующие действия имели место;

б) государство, гражданином которого является обвиняемое лицо.

Эти требования не относятся к случаю представления ситуации прокурору Советом Безопасности в соответствии с гл.

Суд должен признать дело не подлежащим его юрисдикции в следующих случаях:

а) дело было расследовано или возбуждено уголовное преследование государством, которое обладает в отношении него юрисдикцией. Исключение составляют случаи, когда государство не желает или не способно осуществить расследование или уголовное преследование должным образом;

б) дело было расследовано государством, и оно решило не преследовать соответствующее лицо. Исключение составляет случай, когда такое решение является результатом нежелания или неспособности государства возбудить уголовное преследование должным образом;

в) лицо было уже судимо за соответствующие действия, и повторное рассмотрение его дела недопустимо в силу принципа “нельзя судить дважды за одно и то же”;

г) преступление недостаточно тяжко, чтобы быть предметом рассмотрения в Суде (ст. 17).

Иммунитет должностных лиц, принадлежащий им в силу внутреннего или международного права, не может быть препятствием для привлечения их к уголовной ответственности. Статут подлежит применению в равной мере ко всем лицам независимо от их официального статуса, включая статус главы государства или правительства, члена правительства или парламента и др. Официальный статус не может также служить основанием для смягчения приговора.

Статут устанавливает уголовную ответственность командиров и других начальников за преступные действия лиц, находящихся под их контролем.

Совершение преступления по приказу правительства или начальника не освобождает лицо от уголовной ответственности. Однако из этого общего правила сделаны исключения, которые существенно снижают его значение.

Правило не относится к случаям:

а) если лицо было юридически обязано подчиняться приказам;

б) если лицо не знало, что приказ был незаконен;

в) если приказ не был явно незаконным.

Эти положения представляют отступление от положений Нюрнбергского трибунала, а также трибуналов для бывшей Югославии и Руанды.

Применимое право (ст. 21). Суд применяет: во-первых, свой Статут, Элементы преступлений, Правила процедуры и доказывания (последние два документа подлежат подготовке к принятию); во-вторых, где это уместно, применимые договоры, а также принципы и нормы международного права.

Второе положение требует разъяснения. Нет сомнения, что для Суда являются обязательными общепризнанные принципы и нормы международного права и он обязан ими руководствоваться. Так, при решении вопросов, связанных с юрисдикцией того или иного государства, Суд будет руководствоваться соответствующими нормами морского и воздушного права. Императивные нормы международного права стоят выше положений Статута Суда и никак не могут применяться “во-вторых”. Приведенные положения Статута следует понимать таким образом, что они указывают специальные принципы и нормы, имеющие прямое отношение к деятельности Суда.

Если ни первая, ни вторая категории применимого права не дают достаточных оснований для решения дела, то могут применяться общие принципы права, выводимые Судом из национальных правовых систем мира, включая законы государств, к юрисдикции которых при обычных обстоятельствах относилось бы данное преступление. При этом упомянутые общие принципы права не должны быть несовместимы со Статутом Суда и с международным правом, а также с международно признанными нормами и стандартами. Как видим, четко установлен приоритет международных норм и стандартов.

Суд может применять принципы и нормы права, как они истолкованы в его ранее принятых решениях.

Организация Суда. В состав Суда входят следующие органы: Президиум, Апелляционное отделение, Судебное отделение, Отделение предварительного производства, Канцелярия Прокурора и Секретариат.

Всего в Суде 18 судей. С момента своего избрания они должны быть готовы приступить к исполнению своих обязанностей, если в том появится необходимость. В отличие от этого судьи, образующие Президиум, с самого начала постоянно исполняют свои обязанности.

Судьями могут быть только лица, обладающие высокими моральными и профессиональными качествами. Часть судей должны обладать опытом работы в качестве судьи, прокурора или адвоката. Другая часть – специалисты в таких областях международного права, как международное гуманитарное право и права человека. Каждый кандидат в судьи должен свободно владеть по крайней мере одним из рабочих языков Суда.

Судьи независимы при выполнении своих функций. Избираются они государствами – участниками Статута сроком на девять лет и не могут быть переизбраны на новый срок.

Состав Суда должен обеспечить представительство основных правовых систем мира, справедливое географическое представительство и справедливое представительство женщин и мужчин. Председатель и два вице-председателя избираются судьями сроком на три года, они образуют Президиум Суда, который осуществляет управление делами Суда.

Апелляционное отделение состоит из председателя Суда и четырех других судей. Судебное отделение и Отделение предварительного производства состоят из шести судей каждое.

Судебные функции Суда осуществляются в каждом отделении палатами, Апелляционная палата состоит из всех судей Апелляционного отделения. Функции Судебной палаты осуществляются тремя судьями, а Палаты предварительного производства – тремя или даже одним судьей.

Независимым органом в составе Суда является Канцелярия Прокурора, несущая ответственность за осуществление уголовного преследования. Значение независимости подчеркивается тем, что прокурор и его заместители избираются не Судом, а непосредственно государствами – участниками Статута сроком на девять лет. Переизбранию они не подлежат.

Секретариат осуществляет административные функции. Секретарь избирается судьями сроком на пять лет.

Судьи, прокурор и его заместители, секретарь Суда при исполнении своих обязанностей пользуются дипломатическим иммунитетом. Рабочие языки Суда – английский и французский, официальные – английский, арабский, испанский, китайский, русский и французский.

Расследование и уголовное преследование. Решение о начале расследования принимается Прокурором. Палата предварительного производства по заявлению государства или в соответствующих случаях Совета Безопасности ООН может пересмотреть решение Прокурора о начале расследования или об отказе начать расследование. В Статуте изложены общепринятые стандарты в отношении прав человека в ходе расследования (ст. 55).

К функциям Палаты предварительного производства отнесено следующее:

а) по запросу Прокурора отдавать такие распоряжения и выдавать такие ордера, которые необходимы для проведения расследования;

б) по просьбе лиц, арестованных или вызванных в Суд, оказывать им помощь в организации защиты;

в) в случае необходимости обеспечивать безопасность подследственных, свидетелей и потерпевших;

г) давать Прокурору разрешение на совершение следственных действий на территории государства – участника Статута без получения согласия со стороны этого государства на сотрудничество, если Палата установит, что государство не способно осуществить просьбу о сотрудничестве.

После начала расследования Палата предварительного производства по запросу Прокурора выдает ордер на арест, предварительно убедившись, что для этого имеются достаточные основания. Получив просьбу о предварительном аресте или об аресте и передаче лица Суду, государство – участник Статута обязано немедленно принять меры к выполнению просьбы в соответствии со своими законами.

Судебное разбирательство. Суд заседает в Гааге, но может решить провести процесс и в ином месте. Процесс ведется в присутствии обвиняемого и является открытым.

Презумпция невиновности сформулирована следующим образом: каждый считается невиновным, пока его вина не будет доказана в Суде в соответствии с применимым правом. Бремя доказывания вины лежит на Прокуроре (ст. 66). Статут подробно излагает права обвиняемого в соответствии с международными стандартами (ст. 67). Определен порядок предоставления и оценки доказательств. При этом доказательства, добытые в нарушение Статута или международно признанных прав человека, не признаются. Статут определяет юрисдикцию Суда в отношении преступлений против отправления правосудия.

Суд должен определить принципы, относящиеся к возмещению ущерба потерпевшим. Государства-участники обязаны обеспечить осуществление решений Суда о возмещении ущерба. В целях компенсации потерпевшим или их семьям Ассамблея государств-участников учреждает Целевой фонд.

Суд может назначить одно из следующих наказаний:

а) лишение свободы до 30 лет или

б) пожизненное заключение в случае особо тяжких преступлений и с учетом личности осужденного.

Дополнительно может быть принято решение о наложении штрафа.

Обжалование и пересмотр. Решение Судебной палаты об оправдании или суждении может быть обжаловано в Апелляционной палате Прокурором по следующим основаниям: процессуальная ошибка, ошибка в факте, ошибка в праве. По тем же основаниям решение может быть обжаловано лицом, признанным виновным, или Прокурором от его имени. В последнем случае основанием может служить также все, что влияет на справедливость или обоснованность процесса или решения.

Международное сотрудничество и судебная помощь. Государства – участники Статута обязаны сотрудничать с Судом в расследовании преступлений и преследовании виновных, подпадающих под юрисдикцию Суда (ст. 86). Государства должны обеспечить, чтобы их внутреннее право предусматривало соответствующие формы сотрудничества с Судом.

Статут подробно регламентирует передачу лиц Суду. При этом проводится различие между передачей и выдачей (ст. 102). Под передачей понимается доставка лица государством в Суд, под выдачей – доставка лица одним государством другому в соответствии с договором или внутренним законодательством. Это различие имеет юридическое значение. Как известно, выдача регулируется законодательством государств и международными договорами. Воплощенная в Статуте идея состоит в том, что законы и договоры государств о выдаче не имеют прямого отношения к передаче лиц Суду.

Статут Международного уголовного суда содержит специальные положения на случай конкурирующих запросов о выдаче и передаче (коллидирующие просьбы – ст. 90).

При передаче лица Суду соблюдается принцип специализации: переданное Суду лицо не может преследоваться за поведение, имевшее место до передачи, иное, чем то, за которое оно было передано. Вместе с тем предусмотрено право Суда предложить передавшему лицо государству отказаться от приведенного положения (ст. 101).

Исполнение. Наказание в виде лишения свободы отбывается в государстве, определенном Судом из списка государств, выразивших готовность принимать осужденных. Суд осуществляет контроль за тем, чтобы содержание осужденных отвечало международным договорным стандартам.

После отбывания заключения лицо, которое не является гражданином государства, в котором оно отбывало заключение, может быть передано государству, которое обязано его принять, или государству, согласившемуся его принять. При этом учитывается желание лица (ст. 108).

Только Суд вправе сократить срок наказания. По отбытии лицом двух третей определенного приговором срока или 25 лет в случае пожизненного заключения Суд рассматривает вопрос о сокращении срока наказания (ч. 3 ст. 110).

Заключительная часть Статута. Статут вступает в силу в первый день месяца после истечения 60 дней с даты сдачи на хранение 60-го акта о ратификации, принятии или присоединении Генеральному секретарю ООН.

Для наблюдения за административной деятельностью Президиума, Прокурора и Секретаря, а также для решения иных вопросов учреждается Ассамблея государств-участников. Она не может касаться судебной деятельности. Каждое государство-участник представлено в Ассамблее одним представителем.

Расходы Суда и Ассамблеи государств-участников оплачиваются из фонда Суда. Фонд образуется за счет взносов государств-участников, средств, предоставляемых ООН, а также за счет добровольных пожертвований правительств, международных организаций, физических и юридических лиц.

Деятельность Суда призвана способствовать повышению уровня функционирования и уголовной юстиции государств, достижению ею более высоких стандартов правосудия, обеспечению “должного процесса”, соблюдению прав всех участников процесса.

Расследование и уголовное преследование.

Описание работы

Цель дипломной работы – это изучение проблемы определения международной правосубъектности Международного уголовного суда в современном международном праве.
Для решения поставленной цели были определены следующие задачи:
1. изучить историю становления МУС, в том числе, определить международно-правовой статус МУС в современном мире, участие Российской Федерации в становлении МУС;
2. рассмотреть основные проблемы определения правосубъектности Международного уголовного суда в современном международном праве;

Международная юрисдикция предполагает подсудность определенных категорий национальных дел международным органам, но при этом предварительным условием подчинения юрисдикции выступает явно выраженное согласие национальных властей соответствующего государства 2.

Добавить комментарий